Диски (Олега Зайцева)
Сентябрь 2002 года в Финляндии.
У меня месяц времени на рабочие дела.
Свободное время - для другого.
Агония отношений с женщиной.
Выставка Калерво Пальса.
Меланхоличная, депрессивная, живущая с матерью, написавшая 1000 автопортретов, гениальная тварь.
Смерть от пневмонии в полном одиночестве.
На экране маленького кинозала финский актер в очках читает отрывки из дневника несчастного,
изображает покойного, строит лица и говорит на своем языке.
Финны молча внимают, понимая.
Я не понимаю ничего.
Мне плохо.
Мне жалко - денег на покупку альбома с репродукциями его работ.
Девочка, продающая мороженое, не хочет гулять со мной по вечернему Хельсинки.
Она говорит «здрастУй». Она советует - в районе, где я живу, много секс-шопов.
Пропускаю несколько серий. Пять лет своего сериала.
В моих руках - диск с надписью ДЛЯ МАШИ с фото и рисунками Олега Зайцева.
На экране компьютера я открываю папку рисунков.
Я вспоминаю работы Калерво Пальса.
Карандашом - «ссамурай» держит меч, на конце - колокольчик, по язычку которого
ползет белый человечек.
На лбу воина - четверка в квадрате и тройка в треугольнике.
карандашом - «безумный блюзмен» с выкипающим мозгом скалит свои костяные зубы.
Одолжил гитару у Пикассо?
Он пишет музыку. Он называет себя «Волны».
Скучную: альбом «В пре-красном настроении», на обложке которого сфотографирован в красном свитере.
Интересную - альбом «В.П.Т.» (видимо, в поисках тебя). Надпись «волны» на лице этого диска – в рамке.
Он хорош в этом (третий диск в моем порядке прослушивания - ElectricBAND .golovokrujenie.).
У меня dejavu. Я рад - другому.
«весы». Ветер выдувает волосы из пустой головы парня.
На вытянутой руке – весы. Они излучают из своих чашечек.
Охуевший «бог-младенец» сползает с летающего диска с непонятными письменами.
«глаза». Огромные. Профиль двух голов. Сошлись брови, слипаются зрачки.
Очкарик «Глеб Павловский» (Зайцев2001). Это трагично, парень.
«голова бога» содержит что-то четкое, но непонятное.
«голодный дух» внимает ужасам из своих наушников.
Он мог бы их снять, но руки не гнутся.
Серия портретов. В цвете, без цвета.
Тут есть морды – «красная морда», «малиновая морда». Есть карандашные портреты.
О, портрет Льва Лурье. 17 лет назад этот человек учил меня истории.
Все живое дробится, рассыпается на части, медленно исчезает.
«молодой шаман» грустно и растерянно держит монтировку перед одноглазым лицом знания.
«строится город» звучит неожиданным и слабым эхом Филонова.
Когда «насморк» - понимаешь, что у соплей, волос и морщин есть что-то общее.
Пара похожих на дебилов - на тронах (трон, трон2).
Что в голове? Cтрашно и неясно («мозговой стимулятор», «состояние ума»).
Его фото. Ночная улица. Шесть разных раз – «ночная улица».
«с крыши» - ветви деревьев, асфальт, снежный порошок.
В правом верхнем углу ждет красная машина.
Отсюда все кажется таким красивым.
